Пропал чародей [ = Пока чародея не было дома ] - Кристофер Сташеф

Джефри с благодарностью посмотрел на братьев, а самозванец заметно побледнел. Но он быстро взял себя в руки и громко вскричал.

— Да это заговор! Эти четверо такие же Гэллоугласы, как я петух! Они лгут, лишь я — истинный сын Чародея!

Толпа испуганно заволновалась. Корделия яростно набросилась было на мальчишку, но братья удержали ее.

— Погоди! — хладнокровно прошептал Магнус, а потом сыграл на публику:

— Зачем же драть его когтями? Ты ведьма — заколдуй его!

Глаза Корделии сверкнули, а мальчишка торопливо закричал:

— Ого, да они и в самом деле волшебники! Конечно, я видел, как вы летаете — но это не доказательство, что вы — дети Верховного Чародея!

— А чем докажешь ты? — фыркнул Джефри.

— Вот чем! — ответил мальчишка и плавно взлетел на пять футов в воздух. В толпе со страхом и почтением зашептались.

— Что это за доказательство? — презрительно кинул Джефри, взлетая вровень с самозванцем.

— Ах, так! Да пацан, оказывается, тоже чародей! — прошептал Грегори Магнусу.

— Это единственное, что в нем настоящего, — ответил старший.

— Покажи-ка, что ты еще умеешь, — настаивал Джефри, — чтобы потягаться со мной!

Мальчик покраснел от злости и исчез с хлопком. Эхо прокатилось по площади, и все, обернувшись, увидели его на крыше соседнего дома.

— Попробуй-ка и ты, если сможешь! — крикнул он.

— Какой чародей не может этого? — прокричал в ответ Джефри. Воздух с шумом заполнил место, где он только что стоял, а на крыше дома, где стоял маленький чародей, грохнуло — и рядом с трубой оказался Джефри Номер Два. Точнее, Джефри Номер Один, потому что он и был настоящим.

— Они похожи, и оба умеют колдовать! — крикнул кто-то из толпы. — Откуда нам знать, кто из них настоящий?

— Пусть они подвигают вещи! — гордо ответила Корделия. — Из всех чародеев Грамария только сыновья Верховного Чародея могут двигать предметами!

Самозванец побледнел, но мгновенно исправился, огрызнувшись на Джефри:

— Что, девчонка всегда говорит за тебя?

— А тебе никак завидно, потому что у тебя нет сестры!

— Ты лжешь, обманщик! Моя сестра сидит дома!

— За такое вранье тебя следует выпороть, — рявкнул Джефри, и из рук крестьянина, стоявшего внизу, сам собой вырвался посох. Крестьянин, испуганно воскликнув, шарахнулся назад. Посох, вращаясь, помчался прямо к фальшивому Джефри. Тот заметил это и подскочил в воздух. Палка пролетела под ним, и самозванец с издевательским смехом повернулся к Джефри.

— Почему же ты подпрыгнул сам, а не отбросил палку? — ехидно спросил Джефри.

— Потому что мне так захотелось! — нахмурился тот.

— Сейчас тебе захочется другого, — Джефри мрачно ухмыльнулся. — Эй, сзади, берегись!

Самозванец обернулся — и как раз вовремя. Посох описал круг и летел обратно, прямо на него. Он ойкнул и бросился на крышу, так что посох пронесся над ним. Когда же мальчишка стал подниматься на четвереньках, палка снова вернулась и стегнула его по заднице. Тот снова растянулся с яростным воплем, но обвиняющий крик Джефри был громче:

— Почему же ты сейчас не остановил палку своей мыслью?

Мальчик медленно поднялся, яростно глядя на Джефри, но не ответил.

— Ты не остановил, потому что ты не можешь! — крикнул Джефри. — Я истинный Джефри Гэллоуглас!

— Ты истинный лжец! — заорал в ответ мальчишка. — Ты тоже не можешь двигать эту палку! Это твоя подручная ведьма крутит ей!

Корделия взвыла от обиды, но Грегори хладнокровно ответил:

— Настоящий мой брат или нет, но ты — самозванец! Весь Грамарий знает, что сыновья Верховного Чародея могут двигать вещи силой мысли. А ты — нет!

Люди возбужденно зашумели, но мальчишка перекричал их:

— Это ложь! Ни один чародей не может передвигать вещи! Если ты говоришь, что сыновья Верховного Чародея могут, то покажи сам!

— Да пожалуйста, — пропищал шестилетний чародей, и Корделия всплыла в воздух. Она сердито охнула, стараясь дотянуться до младшего братца, а Магнус вскричал:

— Ага! Всем известно, что ведьмы не умеют летать! Вот почему они садятся на метлу и заставляют летать ее! Ты и сейчас скажешь, что это девчоночный фокус?

Самозванец побагровел от бешенства.

— Ты сам сказал — девчоночный фокус, и это правильно! Какой же юноша станет делать такое, если только у него не девчоночье сердце!

— Ах ты, гнусный обманщик! — взбешенно прошипел Джефри. — А ну-ка, попробуй сыграть в эту девчоночью игру, если сможешь!

Невидимая рука подняла самозванца в воздух и швырнула, как резиновый мячик, в сторону Корделии. Парнишка завизжал от страха, а Корделия — от отвращения:

— Не хочу, не хочу! Избавь меня от этого воришки чужих имен!

И самозванец кубарем полетел обратно к Джефри.

— Нет, постой! — рявкнул тот, и мальчишка повис в воздухе, в футе от Джефри, а потом снова покатился к Корделии. Самозванец взвизгнул и с треском исчез.

— За ним! — вскричал Магнус, но Джефри уже исчез с пушечным хлопком, не успел он договорить.

Толпа испуганно зароптала.

Глаза Грегори уставились в пустоту.

— Он поймал самозванца!

— Ну еще бы! — уверенно улыбнулась Корделия. — Или вы зря столько времени играли в салочки-леталочки?

— Если мы их сейчас не успокоим, — заметил приглушенным голосом Магнус, — они начнут кричать «На костер ведьму!»

— Так за чем дело стало — успокой их, — кивнула Корделия.

— Я? Как я успокою эту толпу?

— Но ты же старший, — Корделия пожала плечами.

Магнус одарил сестру убийственным взглядом и огляделся вокруг в поисках помощи.

Помощь сидела в углу повозки, скрестив ноги.

— Обратись к ним, — посоветовал эльф, — расскажи им, чего на самом деле хочет Шир-Риф. Они послушают тебя, ведь ты же истинный сын Верховного Чародея.

Магнус сглотнул ком в горле.

— А что мне говорить?

— Слова сами придут к тебе, — успокоил Пак. — А не придут — тогда я подскажу.

Магнус пристально посмотрел на него и кивнул.

— Спасибо, Робин.

Он набрал полную грудь воздуха, расправил плечи и повернулся к толпе, воздев вверх руки:

— Выслушайте меня, люди добрые! Умоляю, послушайте меня!

В толпе стали поворачиваться головы. Один, заметив мальчика, пихал соседа локтем, тот тоже поворачивался — и так, постепенно, они замолкали, выжидающе глядя, пока Магнус не заговорил.